Федеральная сеть по продаже детских товаров «Маркер-игрушка» переформатирует свою работу и уходит от розницы в пользу оптовых продаж.
Закрыты розничные гипермаркеты сети в Магнитогорске, Самаре и Казани. В Челябинске магазин сети прекратит работу в начале мая. Объявлена распродажа по сниженным ценам. Та же судьба ждет магазины в Краснодаре, Перми. В Екатеринбурге и Нижнем Новгороде сократят занимаемые площади. В конечном счете планируется полный уход компании от розницы в пользу опта и маркетплейсов.
Владелец «Маркер-игрушки» Олег Витковский в беседе с корреспондентом «Свободной Прессы» объяснил причины происходящего.
— Проблемы же во всей экономике страны. ВВП упал на 2%, Путин собрал министров. Тяжелое положение во всех отраслях. Дорожная отрасль, строительство, металлургия, можно долго перечислять. Всех основных отраслей коснулось падение. Нужна антикризисная госпрограмма на ближайшие 2−3 года и полный мораторий каких-либо проверок бизнеса. Какие-то налоги стоит убрать или хотя бы ослабить. Иначе денег от налогов просто не будет.
«СП»: Неужели всё так печально?
— Маховик разрушения, который идет, сравниваю с арендой офисов. Когда арендаторы просили снизить плату аренду, не послушались арендодатели. Потом просили еще раз снизить, иначе придется съехать. Не послушались опять: «Съезжайте, мы других найдем». А других не нашлось. Был пропущен момент критического падения, когда можно было исправить ситуацию снижением арендной платы. Теперь у арендодателей одни расходы, офисы пустые, они предпринимателям не нужны. И так же теперь с налогами. Подняли НДС, ужесточили другие налоги и сборы, льготы убрали. Еще и проверки восстановили.
«СП»: Неужели налоговики не видят, что убивают экономику?
— У них есть задачи, установленные показатели, которых надо достичь. Отношение к экономике у сотрудников контролирующих органов — наплевательское. Они сидят на бюджетной зарплате. Эта зарплата получается повышенной при выполнении определенных коэффициентов. Сотрудники контролирующих ведомств душат частный бизнес, не думая даже об интересах своих ведомств. Они не думают о том, что у ФНС в результате упадут общие сборы, что частного бизнеса скоро совсем не будет, частный бизнес кончается. Предприниматели проедают то, что у них еще осталось. Пока это государственное колесо, которое давит бизнес, даже не затормозилось.
«СП»: Но президент в курсе теперь, что падение ВВП 2%.
— К концу года такими темпами будет падение и 5%. А когда примут меры по исправлению ситуации, результат будет, дай Бог, через год.
«СП»: Отдельные отрасли пытаются решить свои проблемы. Вот НАИК попросила мораторий на банкротства и проверки для участников дорожной отрасли
— Если введут такой мораторий, потянется очередь ходоков от других отраслей. А надо решения глобальные принимать, на уровне руководства страны. Нужны решения по снижению давления на бизнес. Мелкими подачками, шагами навстречу отдельным отраслям проблемы экономики не решить.
«СП»: С детскими товарами та же проблема, что и везде?
— Большие убытки. Вот и приходится принимать тяжелые решения. Многие розничные магазины игрушек по стране закрываются. Это общая проблема отрасли. «Детский мир» закрывает большинство магазинов. Даже мелкие отделы игрушек на рынках закрываются.
Когда наши покупатели узнали, что «Маркер-игрушка» закрывает розницу, ринулись толпой в магазины. У меня сейчас выручки больше, чем в Новый год. Раскупают всё. Такое чувство, что сегодня игрушки заканчиваются. Смотрю на это всё и вспоминаю ужасные 90-е годы. Конечно, мы продаем дешево. Не только игрушки, но и оборудование. Продаем в 3−4 раза дешевле, чем оно стоило. Возникают мысли про приближающиеся черные дни.
«СП»: Не преувеличиваете?
— Нисколько. Кстати, помимо того, что продаю игрушки, с некоторых пор я стал и производителем. Покупаем мех и фурнитуру (глазки, носики) в Китае. В России ни одной меховой фабрики не осталось. Даже в Белоруссии последняя фабрика закрылась. Шьем игрушки в Коркино (небольшой город в Челябинской области — «СП»). Экономим на всем. Руководители, включая меня, несколько лет без зарплат. Но готовый продукт все равно сильно дороже того, что можно купить в Китае.
600 рублей выходит себестоимость отдельно взятой игрушки, сделанной на нашем предприятии. А из Китая такая игрушка готовая стоит в России 250−300 руб. Включая затраты на дорогу и транспортировку. Почему бизнес в России настолько неконкурентоспособен в сравнении с китайцами? Мы, понятно, дружим с Китаем. Но надо защищать свой рынок. Увеличивать ввозные пошлины, например. Тогда бы наша экономика поднялась. Игрушки наши предприятия начали бы шить сами, платили бы с этого налоги. Очевидно, что нужно делать. Но государство этого не делает.
«СП»: Такая разница в ценах — результат чрезмерных сборов государства с российского бизнеса?
— Конечно. Я смотрел видео с этих китайских фабрик. У меня, скажем, стоит одна обычная вышивальная машина, у китайцев стоит 20-головочная машина. И эти 20 головок вышивают одновременно на большом листе ткани. Например, одновременно делают тысячи глазок для игрушек на одной операции. Объемы заказов несопоставимы. И дикая разница, конечно, по производительности труда.
«СП»: Вы можете купить такое же оборудование?
— Я-то, может, и смогу. Но смысл? А для начинающего предпринимателя тем более нет смысла. Не окупится такое вложение, даже в лизинг если брать оборудование. Огромные заказы должны быть. Получается замкнутый круг. Спрос вроде бы есть. Но мы сами его не можем удовлетворить. И обращаемся в Китай, где всё четко работает. Там тысячи образцов меховых медведей, например. Хочешь — возьмешь с прищуренным глазиком, с правильно повернутым веком, с тремя усами с одной и другой стороны. Китай работает на весь мир. Россия — маленький рынок для них.
«СП»: Если в Китае так дешево, зачем закрывать розничные магазины? Раз спрос есть. Или на маркетплейсах игрушки еще дешевле?
— Мы переформатируемся. Уходим от розницы в сторону оптовой торговли. Да, маркетплейсы — основная причина этого. Еще сказывается сильное сокращение рождаемости. Кроме того дети, представьте себе, перестали в игрушки играть!
«СП»: Вы серьезно?
— Такая тенденция. Если раньше мы продавали игрушки детям в возрасте от одного года до десяти лет (на каждый возраст своя категория товаров), то сейчас в игрушки играют дети от года до трёх лет. Дети старше трех лет уже сидят в гаджетах, никак их оттуда не выдернуть.
«СП»: Вы еще шьете талисманы для спортклубов.
— На этом рынке мы остаемся. Черно-белого медведя челябинского «Трактора» покупают все, не только маленькие дети.
Для спортивных талисманов есть другая проблема. Мы сейчас ездим по стране. Потенциальные заказчики в разных городах смотрят наши образцы продукции, охают-ахают. Им всё нравится. Но у них нет денег. В сфере спорта многие спонсоры теперь отказываются от содержания клубов или резко сокращают бюджеты. Независимо от вида спорта. Это тоже следствие общих проблем в экономике.
«СП»: Что теперь ждет «Маркер-игрушку»?
— Мы полностью уходим от розничных продаж. Сохраним склады в Екатеринбурге. В каждом регионе оставим сильных менеджеров и начнем доставку по регионам оптовым компаниям напрямую. Теперь эти оптовики возьмут на себя региональную розницу. Кроме того, усилим работу через маркетплейсы.
Для справки: компания «Маркер Игрушка» была создана в 1996 году в Челябинске, специализируется на оптовой и розничной продаже детских игрушек.
